ТЛТгород.ру - городской информационный портал Тольятти. Все новости города. 16+В марте портал посетило 108 919 человек, 1 149 496 просмотров. Реклама на сайте
  
Погода сегодня
+19°
главная новость Тольятти
64.5372  нефть 86.11
€ 71.9654  золото 1202.1
БизнесНовостиВидеоФотоотчетыКриминалРасследованияТочка зренияОбъявленияРаботаКлубыАфишаКиноафишаеще

Бизнес справочник

 383 
 243 
 114 
 90 
 45 
 177 
 213 
 545 
 63 
 198 
 545 
 275 
 78 
 615 
 242 

Читайте нас

группа ВКонтакте
RSS-лента
добавить виджет в yandex

Усадьба




Новости Тольятти

5/13/2019 7:31:00

(мнение) Тольяттинский «революционер» Остренко: «За мной велась слежка, обещали подбросить наркотики»


Александр Остренко на митинге 24 декабря 2011 года

Александр Остренко на митинге 24 декабря 2011 года

Александр Остренко — один из лидеров протеста 2011 года в Тольятти. Тогда ему было 27 лет и он активно проводил митинги «За честные выборы». Как сложилась судьба «героя протеста», изменились ли его взгляды за прошедшие 8 лет, что он думает о событиях тех дней — обо всем этом Александр рассказал в интервью TLTgorod.

Против нечестных выборов

 
- В 2011 году, когда по всей стране проходили протестные митинги, вы почему-то вдруг решили проводить точно такие же митинги в Тольятти. Хотя до этого момента в политическом и общественном пространстве города замечены не были. Что случилось? Почему на это решились?
- До 2011 года политика меня не интересовала, потому что всё свободное время отнимала работа. Мне просто некогда было думать о подобном. Но в 2011 году случилось два события. Во-первых, я перешёл из наёмной работы в собственное дело, благодаря чему получил возможность полностью распоряжаться своим временем и я стал обращать внимание на то, что происходит вокруг. Во-вторых, в конце того года с большими нарушениями прошли выборы в Государственную Думу РФ. Это всколыхнуло общественность по всей стране, в том числе и меня.
- Вы стали «жертвой» интернет-пропаганды?
- Я стал «жертвой» информационной открытости. «Жертвой» времени, когда информация могла моментально распространяться через интернет. Сознательно говорю в прошедшем времени. Тогда у людей была возможность сразу же узнавать, что происходит в любой части нашей большой страны. Если, допустим, случились нарушения во время выборов на Дальнем Востоке, то об этом тут же узнавала вся страна. И все же я не могу сказать, что я — жертва. Возможность свободно получать информацию очень важна, именно она оказала на меня влияние. Я тогда ясно увидел, как проходят выборы по всей стране.
- Почему вас так задел и удивил тот факт, что выборы прошли с нарушениями?
- Не удивило. Заставило задуматься. Я понял, что это неправильно и так не должно быть. Раньше это проходило мимо меня, может быть, из-за меньшего масштаба или отсутствия резонанса по всей стране, или из-за отсутствия у меня интереса. Но именно в тот момент у меня была возможность осмыслить происходившие события.

Незаконный, хаотичный, но самый массовый

- Как эти размышления в итоге привели вас к тому, что надо проводить митинги, как в Москве, за честные выборы?
- Меня к этому привели не философские размышления и даже не митинги в Москве. В десятых числах декабря 2011 года я побывал на первом протестном митинге в Тольятти, который, к тому же, был незаконным, так как никто не подавал уведомления о его проведении. Несмотря на то, что он проходил в один день с другими точно такими же митингами в разных городах страны, все же он был хаотичным и спонтанным. При этом на него пришло порядка 400 человек (по подсчетам корреспондента TLTgorod, на том митинге приняли участие в общей сложности около 1000 человек - прим. ред.).
- Почему и зачем вы туда пошли?
- Чтобы понять какому числу людей, помимо меня, не все равно. Пришел посмотреть, насколько, действительно, происходящее волнует людей, насколько они не согласны с тем, как прошли выборы. 400 человек для города в 720 тысяч — с одной стороны совсем немного, а с другой — наверное, самый большой несогласованный митинг в истории Тольятти.
- Вас вдохновил незаконный митинг?
- Не совсем. После этого митинга в социальных сетях продолжились дискуссии. Люди стали сходиться во мнении, что стоит продолжить протестную волну. Похожие настроения, что нужно и дальше проводить митинги, были почти в каждом городе страны. Но, так как прошедший митинг закончился задержаниями, многие, в том числе и я, справедливо стали высказывать мысль о том, что следующий митинг в Тольятти должен быть организован строго по закону. Но, как вы понимаете, для того, чтобы это случилось, нужны были люди, которые были бы готовы заняться организацией митинга, а, значит, и взять на себя ответственность. К сожалению, никто не хотел этим заниматься. Общий настрой был следующий: неплохо было бы, чтобы появился кто-нибудь, кто за нас всё сделает, тогда мы придем протестовать.
- Так понимаю, человеком, который всё организовал, стали вы?
- Не я один. Нас было несколько, от 6 до 15 человек в зависимости от ситуации. И что самое интересное, почти все мы тогда познакомились через социальные сети.
 - Какая мотивация была у членов этого «революционного» кружка?
- Моя мотивация — попытаться что-то изменить. Возможно, немного наивная, а, может, и нет. Общим было желание добиться справедливости в плане проведения выборов.

Сейчас могло бы быть все ещё хуже…

- Вы действительно считали, что путем проведения митингов в Тольятти в стране можно что-то изменить?
- Да. Нужно понимать, тогда митинги проходили по всей стране. Мы не были единственными. Мы хотели, чтобы в Кремле поняли, что не только Москва и Санкт-Петербург против, но против и регионы. 
Тольятти, 10 декабря 2011 г.

Тольятти, 10 декабря 2011 г.

Организатор митинга А. Остренко, у микрофона - В. Ягутян

Организатор митинга А. Остренко, у микрофона - В. Ягутян

Александр Остренко понял, что людям нужны только еда и работа

Александр Остренко понял, что людям нужны только еда и работа

- А что именно таким образом можно изменить?
- Перемены зависят не только от числа тех, кому они нужны, а, прежде всего, от числа тех, кто готов ради них выходить на улицу. Если таких смелых в городе всего 400 человек, а по всей стране 200 тысяч, то перемены будут не скоро. Хотя допускаю, если бы тогда не было даже этих 200 тысяч, то сейчас всё могло бы быть ещё хуже. Не знаю, насколько, не знаю в чем именно, но вполне могло бы быть. Тот же «бешеный принтер», может быть, работал бы намного жестче и быстрее.
- Против чего вы выступали?
- Против нечестных выборов. Выборы — не только день голосования, в который, кстати, тогда было выявлено значительное число нарушений: вбросов, фальсификаций, «каруселей» и пр.. Это еще и регистрация кандидатов, и равный доступ к СМИ, и сама возможность партии принять в них участие. Вы, наверное, уже забыли, что на выборах 2011 года в Госдуму были серьезные ограничения на выдвижение партий. Если не ошибаюсь, только 6 или 7 партий смогли принять участие. Остальных просто «выключили» из процесса.
- Но вы же не представляли интересы никаких политических партий? Почему вас так волновали их права и свободы? К тому же, вы могли пойти и проголосовать так, как велит сердце. Причем здесь митинги?
- Во-первых, на тот момент не было такой партии, за которую я мог бы отдать свой голос. Все те партии, которые участвовали в выборах, не вызывали доверия. Сейчас они еще больше не вызывают доверия. Вернее, вообще не вызывают его. Во-вторых, я прекрасно понимал, что они бесполезны, они ведут свою работу для фона, борются в первую очередь за финансирование из бюджета. Да, формально они выступают против инициатив «Единой России», но это несогласие ни на что не влияет, потому что у ЕР большинство. Поэтому «Единая Россия» способна единолично принять почти любое решение. В итоге все довольны.
В том созыве Госдумы — 2011 года — были хоть какие-то оппозиционеры: Пономарев, Гудков и пр.. В созыве 2016 года — вообще нет оппозиции.

Показательная порка могла бы снизить градус недовольства. Но даже её не было

 

- Вернемся в 2011 год. Вы провели серию митингов. Как вы собирались понять, что вас услышали на самом верху?
- Насчет этого не было единой позиции. К тому же, я уже не помню всех деталей. Все-таки почти 8 лет прошло. Подозреваю, тогда большинство людей устроил бы даже такой вариант, когда власти честно признали, что были нарушения, поэтому  проведут расследование и найдут виноватых. Показательная порка могла бы снизить градус недовольства. Причем она бы никак не повлияла на результаты выборов. Но даже её не было. Нам лишь говорили, что всё было хорошо и правильно, а мы — идиоты.
- Вы не думали, что всё было не случайно? Что это попытка дестабилизировать ситуацию в стране перед выборами президента в 2012 году?
- Такой вариант можно было бы рассмотреть, если бы до выборов президента был допущен хоть кто-то, действительно, независимый, конкурирующий и представляющий угрозу для действующей власти. Но тогда таких кандидатов не было. Под видимостью конкуренции был Прохоров, но это лишь видимость.
- Тогда что это было? Люди, правда, озаботились результатами выборов в Госдуму?
- Не думаю, что прямо-таки непосредственно результаты выборов в Госдуму кого-то волновали. Эта ситуация послужила катализатором, так как общество к тому моменту уже достигло определенного уровня недовольства. Потому не важно, какие выборы были первыми, а какие вторыми.
- Как вы думаете, могли те события быть в интересах западных элит?
- Допускаю. Россия большая влиятельная страна. Она важный игрок на международной арене, а потому в любой заварушке, естественно, есть заграничные интересанты. Я об этом и тогда размышлял. Пришел к выводу, что нельзя любое недовольство народа списывать на происки врагов Родины. Мы это уже проходили. Ничего хорошего из этого не вышло. Если бы наши власти пожелали и научились вести диалог с оппозицией, слышать ее мнение, мнение народа, то никакое влияние Запада нам не было бы страшно. Мы бы тогда стали сильным консолидированным обществом, в котором возможны различные точки зрения и адекватная политическая дискуссия.

До Тольятти деньги госдепа не дошли бы

- Кто-нибудь из ваших соратников по митингам поднимал тему влияния Запада?
- Этот вопрос возникал только тогда, когда кто-то со стороны об этом спрашивал. Даже если где-то были замешаны деньги пресловутого госдепа, во что я не верю, то до Тольятти они явно не дошли, потому что все расходы лежали на организаторах и участниках. Но меня радует другое: благодаря митингам в 2011 году в России «проснулось» и смогло познакомиться между собой достаточное количество адекватных людей.
- Вы как-то друг друга проверяли?
- Никак. Любой из нас мог оказаться засланным казачком, в том числе и я. Даже если захочешь проверить, как это сделать? Что же касается людей из органов, они всегда были рядом. Мы постоянно наблюдали одних и тех же персонажей во время встреч в кафе за соседними столиками.
- Как они вели себя по отношению к вам?
- Чаще всего никак. Делали вид, что нас не существует, но делали это так, что сразу было понятно, что мы им предельно интересны. Возможно, так они хотели показать нам, что они за нами наблюдают и тем самым оказать психологическое давление. Но мы не обращали на них внимания, так как были уверены в своей правоте, ведь мы не делали ничего противозаконного. К тому же, мы были готовы к этому: что нас по всем каналам слушают и за нами следят. С этим быстро смирились.
Могу точно сказать, что тогда вся моя переписка Вконтакте просматривалась, а звонки по телефону и в Skype — прослушивались. Люди из органов дословно цитировали мне то, о чем я переписывался или переговаривался с другими.

Прямым текстом угрожали. И были очень убедительны

 

- Если вы действовали в рамках закона, зачем им было за вами следить?
- Наверное, чтобы знать больше о наших планах, кроме тех, что мы публиковали открыто в социальных сетях. Ведь могло быть такое, что мы заявляли одно, а планировали совсем другое. Также не все то, что мы делали законно, нравилось тем, на кого работают эти люди. Иначе от них не поступало бы советов, например, не ехать в Москву на акцию протеста.
- Как вам от них поступали пожелания?
- Звонили, представлялись, говорили, что в курсе того, что мы собираемся делать и рекомендовали этого не делать. Иногда даже вежливо. Но чаще не очень.
Когда мы собирались ехать в Москву на митинг, на который собирался народ со всей страны, то по всем регионам начался жесткий прессинг. Кстати, тогда в пользу этого одного большого московского митинга все отказались от своих региональных мероприятий, потому что решили ехать в Москву для того, чтобы показать, что провинция тоже поддерживает протест.
Но это мало кому удалось. Потому что со стороны властей было серьезное сопротивление: эвакуировали вокзалы, блокировали на трассах машины и автобусы и пр. — делали все, чтобы активисты из регионов не смогли приехать в Москву.
Лично мне сначала просто звонили и просили отказаться от этой затеи. Потом ко мне приезжали в офис несколько сотрудников полиции в штатском и уже настаивали прекратить думать о поездке в Москву. Если не перестану, обещали найти наркотики или нелегальное ПО, грозились устроить проблемы членам семьи. Прямым текстом это всё говорили. Они были очень убедительны.
На следующий день после этой встречи с моей машины какие-то хулиганы свинтили номера. Причем явно за мной велась слежка, потому что их скрутили не во дворе родного дома, где машина «ночевала», а днем, когда я ездил по городу по делам. Я отошел буквально на пару минут. Когда же увидел, что номеров нет, обратил внимание, что в 50 метрах от меня стоит патруль ГИБДД. Подошел к нему, вдруг они что-то видели. Как и ожидалось, они якобы только подъехали и ничего не видели.
Так сорвалась моя поездка в Москву.
- Почему вы не поехали на поезде, автобусах или попутках?
- В наше время сложно включить режим полной невидимости. К тому же, как я уже отметил, после этой беседы у меня появились опасения за близких мне людей, причем вполне реальные. Передо мной не стояла цель — любой ценой оказаться в Москве. Я лишь хотел поддержать протест, но совсем «лезть на рожон» не было смысла.

Есть работа, еда. Зачем думать о будущем?

- Чего таким образом власти добились стратегически?
- Стратегически она успешно запугала многих активистов, без которых не будет протеста. Я, например, в 2013 году уехал из Тольятти в Санкт-Петербург. После этого я забыл про всё это, переключился на работу и профессиональные достижения. Лично для себя я «протестный» вопрос практически полностью закрыл в конце 2012 года. Наверное, можно сказать, что, на тот момент, я сдался и опустил руки. Но я понял, что такие люди как я на данном этапе не нужны России.
- Какие именно?
- Которые пытаются что-то изменить, доказать, отстоять право на другую жизнь, высказывают иную точку зрения, задают неудобные вопросы.
Я очень часто сталкивался как в онлайне, так и в оффлайне с тем, что большинству людей не то, чтобы все равно, а даже хуже — их всё устраивает. Потому что у них еще есть еда и работа. Они не думают о будущем, а потому не думают о том, как события сегодняшнего дня определяют их дальнейшую жизнь. Если к тебе сегодня власти отнеслись плохо, обманули тебя, а ты не сказал им, что это недопустимо, с чего нужно надеяться, что завтра будет как-то иначе?
Прошло 8 лет. И что мы видим? Сколько принято всяких интересных законов? Жить стало лучше, жить стало веселее? Это всё было предсказуемо, потому что в 2011 году мы сами позволили так к себе относиться. Всё это было достигнуто по принципу маленьких шажков. Живую лягушку можно сварить только постепенно нагревая воду. Если кинешь ее в кипящую воду — выпрыгнет.  Так же и нас постепенно стали «варить». Власть с того времени планомерно закручивает гайки. Власть не эволюционирует. Она пытается решить проблему путем ужесточения. Меньше свобод — меньше проблем.
- Но ведь еще есть элиты. Их тоже всё устраивает?
- Да. Потому что у них с властью взаимовыгодная кооперация. Элиты не бунтуют, а власть дает им возможность зарабатывать.
- К других вашим коллегам по митингам приходили полицейские?
- Да, у них было всё почти точно также, как и у меня – угрозы, запугивания, визиты на работу, давление через родственников и т.д..
- Сейчас бы вы стали этим заниматься снова?
- Скорее всего, нет. Потому что бесполезно. Я разочаровался в людях. Моим соотечественникам это не нужно. Власть не готова модернизироваться. Народ не готов отстаивать свое право на лучшую жизнь. Всех всё устраивает, кроме небольшого процента недовольных, к которым, наверное, можно отнести и меня.
- Если всех всё устраивает, то, может, и правда всё не так плохо? Разве вас, скажем так, народ просил отстаивать его права?
- Нет. Я тогда подумал о том, что ему было бы неплохо вот это. Но оказалось, что ему это не нужно. Думаю, в последний раз он жаждал по-настоящему перемен в начале 90-х, когда в Москве на улицы вышел почти миллион. С того времени я не помню, чтобы что-то подобное происходило.

У них дети - за рубежом, дома - за рубежом, только бизнес здесь. Они здесь в командировке

- Почему не вступили в какую-нибудь партию? Не начали вести методичную политическую деятельность?
- Все те, которые сейчас существуют — не имеют смысла. Те, которые имеют – не существуют официально.
- Можно было бы вступить в одну из парламентских партий, а потом, что называется, начать «растворять» изнутри.
- Она быстрее «растворит» тебя сама, чем ты ее. В любой структуре, где  начинаешь снизу, не имеешь ни веса, ни голоса. К тому же, как мне кажется, в нашей стране уже ничего не получится изменить мягкими способами, а жесткие — не по мне. Поэтому сейчас любая политическая деятельность сомнительна.
- Возможно ли, что власти России начнут диалог с гражданским обществом?
- Вряд ли. Предполагаю, что те, кто находится у руля и элиты, давно не ассоциируют себя с Россией. У них дети — за рубежом, дома — за рубежом, только бизнес здесь. Они воспринимают Россию как место, где они просто работают. Они здесь в командировке. Они здесь зарабатывают деньги для того, чтобы их дети потом могли жить в нормальных цивилизованных странах. Поэтому, какое тебе дело до того, что происходит в том месте, куда тебя отправили в командировку? Никакого. Ты здесь временно.
- В 2011 году вы считали, что только через митинги можно донести свою точку зрения до властей. Каким образом это можно сделать в 2019 году?
- Если сейчас на площадь в Москве выйдет миллион, то что-то изменится. Причем в хорошую сторону. Но для миллиона. Для той социальной прослойки, из которой будет состоять этот миллион. Не знаю, насколько станет хорошо, но вполне возможно сделают поблажку в 1-2 законах.
- Какая Россия должна быть в XXI веке? Что должно быть в стране, чтобы это устроило вас?
- Не так давно в Швейцарии перед тем, как подать заявку на проведение у себя Олимпиады, провели референдум и спросили население, что они об этом думают. Люди сказали, что она им не нужна. И власть сказала, что на ближайшие 20 лет этот вопрос теперь закрыт.
Я бы хотел, чтобы Россия пришла к подобной форме управления, чтобы у людей спрашивали, советовались c ними, чтобы все обсуждалось, чтобы власти находили в себе силы нормально объяснить принимаемые ими решения, чтобы рассказывалось не только о плюсах, но и минусах.
Мне бы хотелось, чтобы у нас в стране повышалась общественно-политическая грамотность, чтобы людям вменили в обязанность принимать решения. Люди должны иметь выбор и уметь отвечать за него. Они должны быть включены в происходящее. Сейчас же у людей в России нет выбора, потому что у них его забрала власть, но и сами люди не желают делать этот выбор, не хотят нести ответственность. Самое страшное, что люди считают, что от их выбора ничего не зависит.
Моя Россия XXI века — Россия с тотальной демократией, где на каждом уровне принятие вопросов происходит через обсуждение. Население должно стать соучастником и творцом происходящих процессов. Иначе в стране нет смысла жить.
Беседовал Владимир Тарасов, специально для TLTgorod    

Просмотров: 2593
вставка в блог
вернуться к новостям

Мнение посетителей:

Анатолий Иванов Анатолий Иванов 5/14/ 2:07:00
Руководители государства очень сильно перепугались народных протестных акций в 2011-2012 годы и начали ограничивать права и свободы граждан, а также ужесточать ответственность даже за мирные протестные акции. А используя подконтрольные СМИ и марионеточных пропагандистов, и прежде всего на ТВ, власти удалось одних запугать, а другим внушить бесполезность проведения протестных акций. Кроме того удалось создать в сознании многих образ внешнего врага, поэтому в настоящее время власть пока может царствовать и манипулировать народом по своему усмотрению. Однако авторитарные режимы не вечны, многие уже ликвидированы и это процесс необратим. А дело участников протестных акций 2011-2012 годов не было напрасным, они еще могут их повторить!

 1  2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 ... 371
X RAY CROSS



Объявления

2009 - 2019 © Информационный портал "ТЛТгород.ру". 16+
Использование любых материалов сайта TLTgorod.ru допускается только со ссылкой на издание, с указанием названия сайта. При использовании любых материалов TLTgorod.ru в интернете обязательна гиперссылка (активная ссылка) на конкретную страницу сайта, с которой взята информация, размещенная не позже первого абзаца публикуемого материала.
Разработка сайтов в тольятти web-good.ru
Редакция   Посещаемость   Реклама   Сообщить об ошибке    
LiveInternet