 Что можно было бы сделать прямо сейчас против коррупции? Народ голосует за неотвратимость наказания, независимо от чинов и званий и его ужесточения. В маленькой африканской Ботсване упростили структуру госучреждений, резко сократили число чиновников, ввели немедленные санкции за любые коррупционные деяния. Подействовало. Китайским чиновникам воспрещается самостоятельно покидать страну, даже в отпуск. Только под надзором. Никаких искушений. Нечто подобное существовало в СССР. Тогда кадры пестовали, готовили. Теперь наверху оказались люди, не отягощённые моралью. 20 лет они прививают разрушающие бациллы стяжательства и безнаказанности. Все эти годы попираются, опошляются нравственные нормы, честь и достоинство. Везде вороватые и наглые. А если кто-то не берёт взяток, на него смотрят как на идиота. Для наших чинуш нужны только жёсткие меры. Запретить их родственникам занимать высокие должности и заниматься коммерцией. Штрафы совмещать с длительными тюремными сроками и конфискацией, если расходы чиновника превысили легальные доходы. Ввести парламентские расследования, прозрачность деятельности публичных должностных лиц и членов их семей. Они не просто должны информировать о своём имуществе, но и где и когда куплено и т.д. В СССР существовала ротация прокуроров, обязательная раз в 4 года. Теперь они обрастают связями, обязательствами, зависимостями. Хорошо бы при отъезде на новое место заслушивать чиновника о достижениях и упущениях. Взять под контроль посёлки с богатыми коттеджами, принадлежащими чиновникам, сопоставить стоимость поместья с официальным доходом владельца. Необходимы чрезвычайные меры. Болезнь России в запущенной форме, больны все органы не только госвласти, но и всего общества. Впору возвать - «отечество в опасности!» Учитывая, что латентность по взяточничеству достигает, по разным оценкам криминологов, 97-98 процентов, а раскрываемость соответственно всего лишь 2-3 процента, цифру 35 тысяч раскрытых за прошлый год коррупционных преступлений смело можно умножить на 100, не ошибётесь в оценке реального положения дел. Криминологи показывают, что особенно резко увеличился рынок коррупции в России за последние два года. Нет наказания – нет страха. По данным ВС, в России исполняется лишь 35% судебных решений. Сегодня судебные приставы не могут взыскать с осуждённых порядка 800 млн. рублей. То же самое происходит и с судебными решениями об отстранении чиновника от должности. «Председатель ВС честно признался, что у них нет полномочий отслеживать, что дальше происходит с чиновником». Самая большая проблема коррупционера на Западе – потратить взятку. Чуть потратил больше возможного и не сумел объяснить, откуда такие деньги – пожалуйте за решётку. Теперь представьте, что началось бы у нас, если все доходы чиновников сделать прозрачными? Нетрудно. Проедьте по разным виппосёлкам и «царским сёлам»; постучите в двери и спросите у хозяев-чиновников – как при скромной зарплате – у него оказался особняк в миллион и более долларов? Можно сажать каждого второго, а то и всех подряд. Нужна железная дисциплина и жестокие чистки. Другой сценарий невозможен. Можно вспомнить существовавшие в 30-х Рабоче-крестьянскую инспекцию и центральную контрольную комиссию с чрезвычайными полномочиями. В европейских странах существует система мониторинга за деятельностью чиновников. Уличение во взяточничестве лишается своего поста, всех социальных льгот и впредь ему путь закрыт. Во Франции, Германии для профилактики коррупции ориентируются прежде всего не на высокое денежное содержание, а на социальные гарантии. Госслужащему обеспечена большая пенсия, возможность приобрести квартиру на льготных условиях, бесплатное образование детям, квалифицированное медицинское обеспечение. После определённого стажа его не могут сократить, а если всё-таки сократят, то государство будет доплачивать, фактически содержать его, все оставшиеся годы. При таком гарантированном уровне жизни большинство чиновников не будут рисковать своими благами ради взятки. Конечно, и там есть чиновники, не выдерживающие соблазна, но их немного, ибо у них взяточника рассматривают как врага нации, государственного изменника. Ну а кто он, если не враг народа? А как поступать с этими вражинами, мы помним. |