| 18.02.2020 17:55 Отец Амфилохий (Гришин): «Православный монах — это человек, который решил посвятить себя служению Богу и молитве»
![Отец Амфилохий: Атеистов не существует](/pics/202002/600_4_n1108934.jpg) Отец Амфилохий: Атеистов не существует Когда-то Андрей Гришин, а именно так раньше звали о. Амфилохия, был университетским преподавателем. Но несколько лет назад он кардинально изменил свою жизнь. Стал не только православным священником, но и монахом. Чем занимаются монахи, что способствует духовному росту и какой вопрос нужно задавать себе каждый день — обо всем этом он рассказал в интервью. — Отец Амфилохий, как вы пришли к Богу? Расскажите об этом. — К Богу я приходил постепенно. В старших классах, когда мне было 15-16 лет, я стал, как большинство подростков, задаваться вечными философскими вопросами и искать смысл жизни. Так как это уже был почти самый конец Советского Союза, то было много различных послаблений. Появилась духовная литература, которую я, конечно же, читал. Размышляя об устройстве мира, я как-то понял и почувствовал сердцем, что Бог — есть, а ответы на все мои вопросы можно найти в церкви и у святых отцов. Всё это привело к тому, что я в 17 лет решил креститься. 9 сентября 1991 года мы пошли вместе с мамой в церковь в Честь Благовещения Божией Матери, которая находится в Федоровке, приняли Святое Крещение и стали православными христианами. С нашей стороны это был достаточно осознанный поступок. После я два года служил в армии, но и там продолжил изучать основы православной веры. Возле нашей воинской части был храм. Когда у меня были увольнительные, то я туда заглядывал, иногда задавал вопросы священнику. К сожалению, на церковные службы мне не удавалось попасть, все-таки я был солдатом-срочником. Когда вернулся из армии, стал прихожанином храма в Федоровке, где меня благословили быть алтарником. Параллельно учился в Тольяттинском политехническом университете на инженера-химика, но чувствовал, что это не мое, душа искала чего-то другого. Поэтому попробовал поступить в Самарскую духовную семинарию. Меня туда не приняли. Но я не сдался и поступил в духовное училище в Пскове. Почти год был послушником в Варваринском скиту, меня благословили поступить в семинарию в Самаре. Учась в семинарии, параллельно стал учиться в университете им. Наяновой, в Самаре. После стал преподавать различные гуманитарные дисциплины в самарских и тольяттинских вузах, в основном историю и философию. Этим занимался достаточно долго, пока не принял монашеский постриг и священнический сан. — Вы из верующей или атеистической семьи? — Как я убедился на своем личном жизненном опыте, атеистов не существует. Потому что человек так или иначе все равно во что-то верит. К некоторым приходишь в гости, а у них стоит денежное дерево, мелочь по всей квартире в блюдечках, подковы висят и календарь с гороскопом. Можно сказать, что вера в Бога, которая заложена от рождения в каждого человека, подменяется такими вот вещами — назовем их суррогатами веры. Если же говорить про мою семью, то наше семейное предание хранит легенду о том, что, может быть, один из моих пра- или прапрадедов был священником, но это не более чем догадки, так как об этом не сохранилось никаких свидетельств. Сами знаете, что в 20-30-е годы XX века многие священнослужители и члены их семей были не просто арестованы, а расстреляны. Поэтому нередко бывало такое, что их дети воспитывались в детдомах, как сироты, а потому не всегда знали свою родословную. Мои родители не были религиозными людьми. Они были обычными советскими гражданами, которые не проявляли никакого фанатизма в отношении коммунистической партии, но и Бога не хулили. Какие-то традиции они хранили и, несмотря на все запреты, во что-то свое верили. Бабушки мои, наоборот, были верующими: молились, соблюдали посты, читали Евангелие и тайком ходили в храм. Помню, когда был маленький — мне было 5-7 лет, то я вместе с ними вставал на молитву и своими словами молился, чем их радовал. Но не скажу, что именно этот эпизод детства определил мой выбор в будущем. Все случилось, как я уже говорил, несколько позже, когда у меня был, назовем его так, осознанный период поиска смысла жизни. — Как вы стали монахом и священником? Что вас к этому подтолкнуло? — Еще со времен учебы в светском университете я думал о том, что хотел бы проповедовать Слово Божие. В какой-то мере я этим и занимался, так как был преподавателем: читал лекции и много общался с молодежью на духовные темы. Но так сложилось, что после семинарии я не был сразу рукоположен в иерея, так как мне надо было либо сначала жениться, либо принять целибат — дать обет безбрачия. Я отчего-то решил, что у меня будет своя семья. Но время шло, а этого не происходило. Господь посмотрел на меня, подождал, а потом решил дать мне второй шанс: меня вновь рекомендовали к рукоположению, но на этот раз все было намного строже — чтобы стать священником уже надо было принять монашеский постриг. Я согласился. Так на свет Божий появился иеромонах Амфилохий, то есть я. |
— Кто такой православный монах? — Православный монах — это человек, который решил посвятить себя служению Богу и молитве. Он дает три обета: нестяжания, безбрачия и послушания. Над ним совершается специальный обряд — постриг, во время которого у него символически остригается прядь волос и дается новое имя в честь одного из святых. Чаще всего люди, принявшие постриг, живут в монастырях. Но это если говорить про форму. Сейчас я скажу совсем странную вещь: монах — это не тот, кто в рясе и в монастыре, а тот, кто в молитве и с Богом. Монахом по своей внутренней сути может быть любой мирянин, если он чист сердцем, искренне верит в Бога и строго исполняет все заповеди. При этом в обществе до сих пор бытует мнение, что в монастырь уходят те, кто разочаровался в жизни или не смог построить карьеры — это не так. Монахами становятся не те, кто убегает от мира, а те, кто стремится к Богу. — В чем суть этого служения? — Если сказать коротко, то у монаха всего две задачи. Первая — постоянно молиться. Причем не только за себя, а за весь мир. Вторая — усердно бороться со своими страстями и строго исполнять заповеди, чтобы очистить свою душу от грехов и приготовиться ко встрече с Богом в мире Горнем. В какой-то мере, такая аскетичная жизнь, обычно ее еще называют подвижнической, подает пример мирянам, показывает им, что исполнение заповедей — возможно. Поэтому монастыри всегда были и до сих пор остаются, образно говоря, духовными центрами, куда люди приходят за советом. Даже просто само лицезрение человека, который удостоился от Бога даров Святого Духа, способствует духовного росту. — И сейчас есть такие особые люди? — Да, есть. Причем даже у нас в Тольятти. Настоятель нашего Свято-Воскресенского мужского монастыря (находится в Портпоселке) отец Гермоген — человек с очень большим духовным опытом. К нему за советом и поддержкой приезжает много людей. Не только из Тольятти, но и из соседних городов и областей. Хочу сразу отметить, не нужно воспринимать общение с таким человеком, как магию. Ничего не случится, если вы сами не будете стремиться жить по вере Христовой и исполнять заповеди. Для этого нужно быть готовым всеми силами менять свою собственную жизнь. Вам могут всего лишь подсказать направление, но усилия вы должны будете прилагать сами. Задав вопрос — будьте готовы услышать ответ, попросив совета — будьте готовы его потом исполнить. — Насколько вам сложно было отказаться от мира? — Не могу сказать, что это было прямо на раз-два. Но также не могу сказать, что это было для меня чем-то из ряда вон выходящим. Это был естественный и закономерный шаг, которому предшествовали долгие годы нахождения в церкви в качестве мирянина. Я постился, молился, посещал службы, участвовал в таинствах, изучал Евангелие и труды Святых Отцов. Я даже в семинарии учился. У меня не было семьи и к тому же, периодически я проводил время в монастырях в качестве трудника — жил и трудился во Славу Божию. Мое решение стать монахом было принято не с кондачка и не под влиянием эмоций. Все было достаточно взвешенно и осознанно. Я это сделал ради Господа и спасения своей души. — Вы не пожалели о своем выборе? — Иногда бывают искушения. Например, хочется поесть жареной курочки (смеется). Но о том, что я стал монахом и священником — нисколько не сожалею. Это дело всей моей жизни. Я дал обеты Богу. Их нельзя нарушать, как нельзя и оглядываться — вглядываться в свое несбывшиеся будущее. Сделал выбор — следуй ему. Если же хоть на секунду начать сомневаться, то все — пиши пропало. Все начинается с малого, даже зло. Поэтому нужно четко смотреть вперед. Мы — здесь и сейчас. Впереди нас ждет смерть и встреча с Богом. Времени мало. Его нужно ценить. Только об этом и нужно помнить. И от этого строить всю свою жизнь. — Когда вы решили стать монахом и священником, как к этому отнеслись ваши родные? — Мой отец к тому времени уже умер, а мама — она приняла и одобрила мой выбор. Более того, она считает, что один из наиболее лучших вариантов развития моей жизни. Как отмечал ранее, я не в один день стал верующим человеком. Я шел к этому постепенно, а вместе со мной и мои родные. |
— Расскажите о распорядке дня в монастыре. Чем занимаются монахи? — У каждого общежитийного монастыря свой устав. У нашего следующий. Подъем — в 6 утра, в 6:45 — утренние молитвы, в 8:00 — мы уже начинаем служить Литургию. Это главное церковное богослужение, в обычных храмах оно совершается 1-2 раза в неделю, у нас — каждый день. К тому же, мы служим полные службы, а потому они длятся намного дольше, чем на приходах. После Литургии — обед. После обеда у иеромонаха есть свободное время до вечерней службы, подготовка к которой начинается в 16:00. У послушников и монахов — персональные послушания: в лавке, в просфорне и т. д. В свободное время между службами я обычно либо читаю книги, либо молюсь, либо занимаюсь мелкими бытовыми делами. С 17:00 до 20:00 — вечернее богослужение. Сразу после него ужин, который длится 15-20 минут. Затем где-то до 22:00 — вечернее правило. В 23:00 — отбой. Как видите, целый день мы молимся и трудимся. Расписан буквально каждый час. Но такой график позволяет нам не расслабляться. Когда же по делам или по поручению я оказываюсь снова в миру, то, скажем так, происходит разбалансировка моих внутренних сил — суета тут же поглощает и отвлекает от молитвы. Жизнь по монастырскому уставу невероятно наполняет изнутри. Это невозможно объяснить, только почувствовать самому. Кстати, во многих монастырях мирянам разрешают какое-то время пожить там в качестве трудников. Поэтому, если кто-то найдет в себе силы и решится, то он может попробовать пожить в таком ритме и ощутить на себе его духовные плоды. Но опять же, отмечу, духовный рост происходит не от внешних факторов, а от внутренних. — Приходят ли сейчас новые монахи в монастыри? Кто эти люди? — Конечно, приходят. Не так давно в наш монастырь пришло два новых послушника. Если же говорить в целом, то это абсолютно разные люди, как по возрасту, так и профессии. Их объединяет лишь одно — желание посвятить свою жизнь Богу. Апостол Павел говорил, что во Христе нет ни эллина, ни иудея. Если несколько перефразировать это высказывание, то можно добавить, что во Христе также нет ни токаря, ни профессора, ни даже бывшего преступника. Все пред Богом равны. — Последнее время строительство православных храмов, в том числе и в Тольятти, омрачено скандалами. Нередко люди выступают против. С чем это связано? — Мне сложно об этом говорить, так как я ни разу не был внутри такой ситуации и не слышал доводов тех, кто выступает против. Могу только предположить, что эти люди опасаются чего-то нового и неизвестного для них, поэтому сразу же встают в позу и проявляют агрессию. В тоже время, считаю, что и представителям церкви стоит осторожнее и внимательнее относиться к выбору места. Наверное, чтобы избежать таких случаев в будущем, необходимо строительство предварять разъяснениями и встречами с общественностью. Нам всем стоит быть терпимее и дружелюбнее друг к другу. Уметь слышать своего оппонента и быть готовым к поиску совместного решения какой-либо проблемы. — Обратил внимание, сейчас в обществе укореняется мнение, что русская православная церковь шикует, а потому потеряла интерес к проблемам людей. Насколько это правда? Или это на 100% ложь? — Каждый на Страшном Суде будет отвечать за себя сам, в том числе и те люди, которые своим поведением и поступками соблазнили малых сих, таковым, как известно, было бы лучше, если бы им надели жернов на шею и бросили в море. Апостол Павел сказал для всех: не давайте повода ищущим повода. Он предупредил всех. Но в то же время не торопитесь судить. Почему? Во-первых, не стоит верить слухам, редко когда они бывают правдивы, а еще реже — добрыми. Во-вторых, если даже вы стали свидетелем чего-то странного, то отделите истину от своих личных домыслов, правильно ли вы понимаете то, что происходит. У одного моего знакомого священника была комичная ситуация. Он в пост в рясе покупал в супермаркете колбасу, конфеты и бутылок 10 вина. Это увидел один человек, который подошел и стал язвить. Но он не знал, что вино — для службы, колбаса — для его престарелых родителей, а конфеты — врачам в роддом, так как его супруга скоро должна была родить. Поэтому ко всему нужно рассуждение. В-третьих, мы ходим в храм не к священнику, а к Богу. Он, как известно, есть Любовь. И Он точно не потерял интерес к проблемам людей. Он желает спасти каждого из нас. — Что пожелаете нашим читателям в завершении беседы? — Каждый день задавать себе один единственный вопрос: «Зачем я живу?» Если вы будете это делать, то в один прекрасный момент вам захочется найти на него ответ. Уверен, что он перевернет всю вашу жизнь. Помимо этого, желаю всем ценить время и верно им распоряжаться, а также быть активными на всякое доброе дело, так как всё в этом мире имеет свое начало и конец. Спешите! Никто не знает своего дня и часа. Помните об этом и старайтесь расти духовно. Беседовал Владимир Тарасов, специально для TLTgorod |
| |