![Сергей Мельник](/pics/201405/600_335_n1041294.jpg)
Сергей Мельник
Внимательно перечитал Федеральный закон РФ от 5 мая 2014 г. № 128-ФЗ, сварганенный, как теперь принято, в рекордные сроки (23 апреля принят Госдумой, 29-го – одобрен СФ). Ознакомился и с
разъяснением прокуратуры о том, как будут наказывать за «реабилитацию нацизма» (а именно такая статья отныне есть в УК РФ). И подумал: эк их, совестливых наших законодателей и правоохранителей, торкнуло…
Наверное, многие из нынешних добропорядочных, а главное, патриотичных граждан величайшей из стран в пионерском детстве «игрались» стишками типа: «Дети в подвале играли в гестапо: зверски замучен сантехник Потапов». И кого прикажете сажать за это по новому закону, который подписал вот только что президент Владимир Путин? Игоря Иртеньева – он вроде любил сочинять такие чёрно-юморные страшилки? Так он теперь в Израиле. Народ, поскольку слова давно стали вроде как народными? Так всех представителей величайшего, опять же, из народов не пересажаешь. А может, детей неразумных?
Разумеется, приказы верховного главкома, как и времена, не обсуждают – с ними живут и умирают. Тем более теперь, когда в послужном списке нашего национального героя – вожделенный Крым (далее везде?). А значит, крымдец теперь всем врагам и их подпевалам. Но я всё равно не могу представить, о чём думали те, кто лоббировал (а у нас ведь иначе не бывает) этот странный документ? Кому он выгоден? Кто будет ловить рыбку в очередной порции мутной воды, щедро вылитой на нас величайшим из парламентов и завизированный величайшим из президентов? И главное, какой прок от него здесь – в имеющей глубоченные исторические корни стране, страдающей глубочайшей амнезией, помноженной на чудовищную безграмотность и неблагодарность предкам – в том числе, победившим в 1945-м нацистскую Германию.
Что, теперь стройными колоннами разведут по камерам наших национал-патриотов? И мы не увидим больше никаких русских маршей и расистских лозунгов на первомайских шествиях? Вы верите в это? Скорее, поменяют редких сидельцев из этого лагеря на других «национал-», только теперь уже «предателей» и прочими «либерастов».
Что, упившиеся пива, нажравшиеся содержимого «фанфуриков» граждане перестанут писать (ударение на любой слог) на памятники (-ах), как бы спутав их с кустом или углом дома?
Что, вспыхнет и не погаснет больше Вечный огонь, на который у властей всех волостей повсеместно нет денег?
Что, устрашившись новой уголовной статьи, вмиг воспитаются все, кто любит погреть руки на этом огне или позаниматься стриптизом у места, где он должен гореть?
Что, ветераны, которых раз в году унижают продуктовыми наборами и прочими грошовыми подачками, смогут теперь достойно дожить остаток дней?
Что, наконец, начнут не награждать по-царски – а «срывать погоны» с тех, кто вот уже третий месяц изо дня в день потчует нас изрядными порциями человеконенавистнической идеологии (не за это ли судили в Нюрнберге)?..
На днях народу был величайше «дарован» ещё один гуманный, надо полагать, закон – о запрете мата в разных произведениях. И в тот величайший день я спросил своего гостя в эфире: а зачем? Разве на войне, «романтика» которой сегодня насаждается «отцами нации», говорят исключительно литературно? И разве будет в таком случае искусство отражать правду жизни? И кому оно тогда нужно, такое искусство?
Разве чище, духовнее, счастливее мы станем (и разве не к этому должны вести нас лидеры нации?), если будем замалчивать всё, что было на самом деле в годы той священной войны, от которой нам теперь – «руки прочь!» и 69-ю годовщину окончания которой мы только что отметили? Что, мы воспарим и возвысимся, если, набрав в рот этой мутной воды, перестанем напоминать: любая война, сама по себе, по природе и по определению – запрещённый приём, исключительная мера и мерило человеческого в людях. Одних она выворачивает наизнанку, обнажая неприглядные, самые отвратительные «внутренности» души. Другим, и их немного, даёт шанс одержать главную победу – не над врагом, которого зачастую просто назначила власть, а над самим собой. Над своим нутром. И если мы будем молчать о том, что «в войне и мире» есть и те и другие – мы в конечном итоге проиграем. Как нация. Как цивилизация, в конце концов…
Многие и раньше-то боялись честно писать о войне, а теперь и подавно. Сегодня, наверное, я бы уже не опубликовал некоторые из воспоминаний свидетелей «страшных дней России». Скажем,
дневник замечательного тольяттинского детского писателя и мастера корневой скульптуры
Виктора Балашова, который он вёл втайне от всех в немецком лагере для умирающих военнопленных Хемер, где волей судеб провел последние месяцы войны. Узников освободили американцы. Тогда, десять лет назад, в предисловии от редакции я писал: «…Воспоминаниями о лагере Виктор Сергеевич делился не очень охотно. Это и понятно: в дневнике немало горьких строк, в том числе о своих соотечественниках. Один только «кощунственно непатриотичный» вывод из наблюдений за «мерзавцами, варившими самогон даже во время страшнейшего голода» – «не одни немцы виноваты в смерти тысяч русских военнопленных» – стоил бы Балашову жизни, попади эти записи в лапы НКВД. А подобных наблюдений и оценок в дневнике более чем достаточно. И уж совсем невозможно представить, что дневник мог быть напечатан или хотя бы просто процитирован при его жизни…».
При его жизни – значит, в советское время: Балашов умер в 1984-м, не веря, что «придут другие времена».
Думали ли люди, которых бросили после той страшной войны (причем не только после плена, но и с самой передовой) в «свои», сталинские лагеря по печально известной 58-й статье, что их – кого-то до последних дней – будут называть «фашистами»? И кто бы – краснопогонники, шпана и разного рода тыловые крысы!.. Что уголовники станут «социально ближе» режиму, чем фронтовики? Почему так?..
И подобных «проклятых вопросов» много. Вот только дадут ли теперь кому-то честно ответить на них?
Сергей Мельник, специально для TLTgorod